Против вторгшихся российских войск на стороне украинской армии сейчас воюют два чеченских батальона. Лидер одного из них – Адам Осмаев. Батальон имени Джохара Дудаева он возглавил в 2015 году после того, как в боях за Дебальцево был убит первый командир – Иса Мунаев.

 

Осмаев, обвинявшийся в подготовке покушения на Владимира Путина, – выходец из влиятельного чеченского тейпа (рода). Его отец руководил нефтепромышленностью в республике, а дядя был председателем парламента Чечни и сенатором в Совфеде. Жена Осмаева – Амина Окуева – была убита в ходе второго покушения на командира в 2017 году.

 

В интервью Кавказ.Реалии Адам Осмаев рассказал, почему он противостоит российским войскам и чем вторжение России в Украину похоже на чеченские войны.

 

– Вы сейчас находитесь, как я понимаю, в Украине. Вы с отрядом?

 

– Да, конечно.

 

– А сколько вас?

 

– Мы это не озвучиваем. Это чувствительная информация, и мы стараемся не разглашать ее.

 

– Ваш отряд – это люди с боевым опытом? Это только чеченцы или есть люди других национальностей?

 

– Изначально мы называемся международным миротворческим батальоном имени Джохара Дудаева. То есть среди нас – представители разных национальностей. Чеченцев вначале было даже не большинство, украинцев было больше, есть бойцы из Грузии, Азербайджана. Были и есть у нас и опытные бойцы, которые прошли чеченские войны, кто Афган прошел.

 

– Что вы знаете про третий отряд, который формируется под Львовом?

 

– Я деталями не располагаю, чтобы вам конкретно ответить. Знаю, что сейчас много людей сюда пытаются приехать по разным каналам, чтобы присоединиться к защите Украины.

 

– Для вас чем важна эта война? Сейчас для вас это что-то из личной мести?

 

– Для меня это никогда не было личным. Потеря, которую я понес, случилась в 2017 году, когда погибла моя супруга Амина. Мы вышли на этот путь еще в начале 2000-х годов, я уже более 20 лет на этом пути. Я потерял свою семью, она, так скажем, пророссийская. Они всегда были близки к власти. Я потерял связь с родными, родственниками.

 

И для меня это – не месть, это мой долг. Мой долг и как мусульманина, и как мужчины, и как просто человека. Защищать свою родину, когда оккупант напал. Пусть, у нас была молодая республика, государство. Россия даже подписывала договор с нами, по факту мы были независимы. Мы выполняли свой долг и все.

 

– А что для вас то, что в Украине сегодня идет?

 

Для нас это продолжение той войны, которая началась почти 30 лет назад

 

– Это просто продолжение той войны. Эта та же самая армия, это те же самые военные преступники. Фронт, грубо говоря, переместился на 600 километров от Кавказа. Воюем мы с тем же врагом. И даже наш президент, Джохар Дудаев, так предсказывал: что будет война с Украиной. Мы знали, что это возможно, мы – естественные союзники с Украиной.

 

Многие из нас – граждане Украины, есть родившиеся здесь чеченцы. В Украине есть свобода, которой нет в России. В том числе и религиозная свобода, свобода слова, свобода мысли и прочее, и прочее. Само собой, это стоит того, чтобы помогать Украине. Но для нас это продолжение той войны, которая началась почти 30 лет назад.

 

– Раз вы сейчас затронули чеченские войны, то скажите, Адам, вам сейчас действия России напоминают действия федеральных войск в Чечне?

 

– Мы хорошо изучили и эту армию, и руководителя этой страны, поэтому для нас и тактика их, и то, что они делают, понятны. Для украинцев это, конечно, шок, что они бомбят мирные города. А мы все это пережили и не один раз. Мы знаем, что ждет оккупированные территории. Зачистки, пытки, казни внесудебные. Мы стараемся помочь, как можем, чтобы это не затянулось, чтобы избавиться от оккупации, чтобы минимизировать жертвы со стороны Украины. Мы думаем, что с помощью мирового сообщества сможем этого достичь. В Чечне мы не имели ни от кого помощи практически, потому вот так все затянулось и было очень кроваво.

 

– Вы говорите, что для вас участие в этой войне – это долг мусульманина. Поясните, пожалуйста, как и почему для вас война в Украине важна именно как для мусульманина?

 

– Для мусульман, которые здесь родились и живут, а это многие из тех, кто с нами сейчас, они защищают свой дом, свои семьи, свое имущество, свою свободу религиозную. Здесь они могут свободно исповедовать свою религию – в России нет такого. Мы знаем, что там не только мусульман, но и христиан некоторых нетрадиционных запрещают, некоторые книги запрещают. Классическую мусульманскую литературу. Имамов сажают и убивают.

 

– Муфтий Чечни Салах Межиев называет эту войну джихадом, тем самым объясняя участие чеченцев со стороны России. Как вы к его словам отнеслись?

 

– Это такие муфтии от КГБ, ничего нового нет в этом. Тот же Ахмат Кадыров, будучи муфтием, сначала призывал против России делать джихад, а потом уже за Россию выступал. Как у них все это в голове складывается? Против кого бы они ни были – у них всегда джихад. Эти люди продались. Ничего не поделаешь, в каждой стране есть такие продажные люди, паразиты, которые зарабатывают на жизнь, предавая свой народ, свою религию и даже все человеческое. Это с точки зрения любой религии и даже светского права – предательство своего государства. Однажды предавший предаст снова: они и Россию предадут, если им хорошую цену предложить.

 

– Какой вам видится роль Рамзана Кадырова в этой войне?

 

– Кадыров хочет перед Путиным выслужиться, стать его фаворитом. Он хочет послать людей, которые у него в подчинении, чтобы они выполняли какие-то задачи для Путина – вот и все, все очень просто.

 

– Как вы отнеслись к его заявлениям, что он сам находился под Киевом, в Гостомеле?

 

– Они постоянно снимают ролики, спрятавшись за русскими за 30–40 км от линии фронта. Мы не знаем уже, как до этих тиктокеров добраться, а Рамзан тоже один из них. Пиарится. Все знают, что они [кадыровцы] сидят далеко от линии фронта и грабят людей, кур воруют.

 

– А зачем Кадырову этот пиар нужен?

 

– Чтобы показать свою значимость перед Путиным, потому что это одно из силовых ведомств России и среди них идет конкуренция. За медали, за звания, за повышения и так далее. И каждый генерал хочет что-то первым захватить. Он хочет среди этих силовиков показать свою значимость, что он выполняет приказы главнокомандующего лучше других.

 

– Как происходит сотрудничество вашего отряда с украинскими властями? Оно на чем основано?

 

Нас, к сожалению, ожидают еще очень ожесточенные бои

 

– Мы полностью подчиняемся верховному главнокомандующему, мы и других призываем встраиваться в вертикаль в военное время – это жизненная необходимость. Пока есть вертикаль и есть военное управление, необходимо выполнять задачи всем вместе. Естественно, мы координируем все наши действия с разными ведомствами. Пока она есть, эта вертикаль, ее надо беречь и укреплять, организовываться.

 

– Ваш отряд в боевых действиях уже принимал участие?

 

– Мы помогаем сейчас там, где есть наибольшая необходимость в нашей помощи.

 

– То есть боевого контакта у вас еще не было?

 

– Я же говорю: мы там, где мы необходимы. Максимально. Если будет необходимость, будем принимать участие и в боях.

 

– По вашим ощущениям, отношение к чеченцам сейчас в Украине какое?

 

– К сожалению, из-за антирекламы этих, так скажем, тиктокеров, отношение к чеченцам очень плохое в Украине. Мы пытаемся это исправить как-то, показать, что не только с той стороны есть чеченцы.

 

– У вас насчет дальнейших событий, связанных с войной, какие прогнозы? Чем она завершится или как она продолжится? Какие у вас ощущения?

 

– Я думаю, нас, к сожалению, ожидают еще очень ожесточенные бои. Их главная цель – Киев. Хотя у них сил пока не хватает, но они пытаются перегруппироваться. Как-то по-новому попытаются Киев взять. Сходу у них не получилось это, поэтому, думаю, нас ждут ожесточенные бои за Киев и за юг Украины.

 

– У вас, Адам, живут родственники в Чечне, вы знаете о ситуации в Чечне. Какая она?

 

– Я не на связи с родственниками в РФ и Чечне. Но я знаю, какая там ситуация, из других источников. Люди в общем симпатизируют украинцам. Население, я имею в виду. Да, там кадыровцы, которые участвуют, и их родственники, конечно, находятся на стороне России. Но и они видят, что это несправедливое дело и украинцы правы. Они это понимают и осознают.

 

– Как вы думаете, вся эта история с войной, что, несомненно, сказывается на простых людях из-за тех же санкций, повлияет на уровень оппозиционности чеченцев?

 

– Я уверен, что эта война закончится через определенные испытания. Закончится поражением России. И поражением России на Кавказе. Сознательным чеченцам придется наводить порядок уже в Чечне, когда российская власть развалится. Наводить порядок, налаживать связи с соседями. С Грузией, с Украиной. Как унитарному государству будет легче сохранить целостность. А Россия, как такая химера, после таких санкций и поражения в Украине, вряд ли сохранится. Много работы предстоит! Поэтому мы здесь налаживаем связи с Украиной, чтобы они помогли потом порядок навести на Кавказе.

 

Закир Магомедов, Радио "Свобода", Кавказ.Реалии